не был инакомыслящим. Он продолжит путь, проложенный Беном Бернанке и Джанет Йеллен. В данном случае это будет путь к дальнейшей нормализации. В 2015 и 2016 годах ФРС начинала медленно и с перебоями, но в 2017 году банк начал по-настоящему двигаться вперед.
Пауэлл также рассматривался некоторыми кругами как союзник Дональда Трампа по одному ключевому вопросу: помощь в отмене регулирования, которое было наложено на крупные банки. Закон Додда-Франка гарантировал, что банковский надзор будет по-прежнему разделен между несколькими агентствами, включая FDIC и ФРС. Это давало центральному банку огромное влияние на правила, регулирующие деятельность Уолл-стрит. Заместителем Пауэлла по банковскому надзору стал Рэндал Кворлс, бывший сотрудник Carlyle Group, который также работал на Джея Пауэлла в министерстве финансов во время администрации Джорджа Буша-младшего. Кворлс встретился с банковскими лоббистами в зале заседаний ФРС в здании Экклз, чтобы выслушать их опасения. ФРС смягчила правила, касающиеся стресс-тестов, и отменила часть правила Волкера, которое дало бы банковским экспертам больше полномочий для оценки того, как банки оценивают свои активы.
В это время Том Хоениг двигался в противоположном направлении.
Поначалу было неясно, что победа Трампа может означать для банковской политики и для карьеры Хенига. Трамп представлял себя героем рабочего класса и критиковал крупные банки. Менее чем через неделю после избрания Трампа в газете The Wall Street Journal появилась короткая заметка, в которой сообщалось, что есть предположения, что Том Хоениг может даже стать председателем FDIC. Также обсуждалось, что Хоениг может войти в совет управляющих Федеральной резервной системы в качестве заместителя председателя, курирующего банковский надзор, - должность, которую в итоге получит Рэндал Кворлс.
К концу 2017 года администрации Трампа нужно было принять решение по поводу Хенига. Срок его полномочий в качестве заместителя председателя FDIC подходил к концу. Хениг заявил, что готов остаться в Вашингтоне, но только в качестве председателя FDIC или главы регулятора ФРС. "Я дал понять в кулуарах, что на любой из этих двух должностей я готов остаться на некоторое время, но не просто сидеть там", - сказал Хоениг. Он не испытывал оптимизма по поводу своего будущего в Вашингтоне. Он враждовал с крупными банками с момента своего приезда и знал, что эти многочисленные стычки уменьшили его шансы на продвижение по службе. Его даже предупреждали об этом. "Мне было сказано, довольно косвенно, что мне следует сбавить обороты, если я рассчитываю на то, что у меня действительно будет возможность заниматься другими вещами, которыми я, возможно, хотел бы заниматься", - вспоминал позже Хениг. "Я просто проигнорировал это. Потому что я не заинтересован в изменении своих взглядов. Если это необходимо, то мне не нужны эти вещи".
В январе 2018 года Хениг получил ответ от администрации Трампа. Это был телефонный звонок от сотрудника, имя которого Хениг позже не смог вспомнить. Сотрудник поблагодарил его за усердную работу. Хоенигу также сообщили, что даже если бы он хотел остаться в FDIC, у него больше не было такой возможности. Белый дом назначил на место Хоенига старшего банковского юриста по имени Джелена Маквильямс. Маквильямс собиралась стать председателем FDIC.
В апреле 2018 года Хениг покинул FDIC и вернулся в Канзас-Сити. Не было никаких сомнений в том, что его уход будет означать для судьбы крупных банков. Bloomberg News сообщило об этом под заголовком "Наименее любимый регулятор Уолл-стрит увольняется".
Пост председателя ФРС предоставил Джею Пауэллу замечательную возможность. На протяжении многих лет он добивался от ФРС нормализации ее деятельности, ограничивая риски падения "пузырей" активов. Теперь у него появился шанс возглавить эту работу. Он мог бы стать кем-то вроде современного Пола Волкера, который завершил один период истории ФРС и начал другой, даже если бы это вызвало волатильность на Уолл-стрит. Процесс уже шел. В 2017 году ФРС трижды повышала процентные ставки, доведя свою целевую ставку до 1,5 %. Что еще более важно, в октябре ФРС наконец-то начала сворачивать количественное смягчение, распродавая купленные ранее облигации. ФРС пообещала продолжать планомерную нормализацию в течение 2018 года и далее, сокращая размер своего баланса с 4,5 триллиона долларов до 3-1,5 триллиона долларов.
Сложность этих усилий стала очевидной, как только Джей Пауэлл занял этот пост. ФРС едва начала нормализацию, а финансовая система уже разваливалась на части.
В понедельник, 5 февраля 2018 года, Джей Пауэлл начал свой первый рабочий день в качестве председателя ФРС. Фондовый рынок резко упал. Промышленный индекс Доу-Джонса упал на 1175 пунктов, что стало крупнейшим падением за один день в истории. Всего несколькими днями ранее он упал на 666 пунктов, что стало крупнейшим однодневным падением с 2008 года.
Турбулентность рынка не была побочным явлением. Она была напрямую связана с ФРС. По мере того как центральный банк нормализовывал свои операции, он занимался не чем иным, как перестройкой глобального экономического порядка, поскольку теперь находился в его центре. Эта реальность была описана в книге 2016 года под названием "Единственная игра в городе" влиятельным инвестором Мохамедом А. Эль-Эрианом, генеральным директором инвестиционного холдинга PIMCO. Когда Эль-Эриан говорил о единственной игре в городе, он имел в виду мировые центральные банки. Они стали якорем экономического развития, в то время как демократические институты все больше погрязали в дисфункции по всему миру. Проблема заключалась в том, что центральные банки не были созданы для такой работы. Все, что они могли делать, - это создавать больше денег. "Каким-то образом мир теперь зависел от одного набора институтов - центральных банков - с одним из самых узких наборов инструментов в их распоряжении, учитывая поставленную задачу", - пишет Эль-Эриан. "И чем дольше проводилась такая политика, тем выше была вероятность того, что издержки и риски начнут перевешивать выгоды".
Когда ФРС действовала, ее действия влияли на все. У рыночных потрясений 2018 года было много лиц, и они возникали из разных мест. Но была одна важная сила, которая двигала ими. То, что выглядело как серия несвязанных между собой рыночных паник, на самом деле было результатом рациональной реакции умных инвесторов на действия ФРС. Эти инвесторы слушали Джея Пауэлла и воспринимали его всерьез. Эпоха ZIRP подходила к концу, пусть и постепенно. Большие деньги должны были двигаться в разных направлениях, чтобы приспособиться к этой новой реальности.
Лидерство Пауэлла на этом фронте было устойчивым с самого начала. Когда он возглавил FOMC, процентные ставки повышались по предсказуемому графику и с регулярными интервалами. Банк ежемесячно распродавал облигации на миллиарды долларов, высасывая излишки наличности обратно с Уолл-стрит и ослабляя созданное ею очень сильное давление в
